– Но ведь не все сектанты такие уж…

– А ты-то откуда знаешь? Можно подумать, ты разбираешься! Тут столько разума надо иметь, чтобы понять, кто и что… У тебя сроду такого не было!

Размышление о разуме от Ирины было слышать приятно. И вещи говорила она правильные. Однако это никак не проливало свет на ее странности. Хотя… может, она уже немного отошла от предсвадебного шока и теперь у нее в голове все встало на свои места?

– А Иван заявление на развод подал, – словно подслушав мысли сватьи, сообщила Ирина. – Разведется, мы тут же подаем заявление, и через месяц регистрация. Правда ведь, милый?

Милый дергал кадыком и вымученно улыбался.

– Ну… если у вас все так славно, не буду вам мешать, – поднялась Клавдия. – Пойду я.

– А чего заходила? Ты же говорила, просьба у тебя, – напомнила Ирина.

– Так это… денег занять хотела… старичков подкормить. Сама понимаешь, приехали же, обратно не отправишь… А у меня что-то совсем…– вяло отбрехивалась Клавдия.

Ирина глянула на часы и бодро сообщила:

– У меня сейчас тоже нет, сегодня кроликам на витамины последние отдала, но…

– А сколько вам надо? – потянулся к карману Иван Павлович.

– Да нет, не надо, – остановила его Ирина. – Подожди-ка, сколько сейчас времени? Полвосьмого? Посиди еще полчаса, в восемь я кошелек найду и дам тебе денег.

Из угла кухни послышался тяжкий вздох.

– Вот ты на него посмотри, Клава! Он мне не верит! – воскликнула Ирина. Она подбежала к Ивану Павловичу, чмокнула его в нос и добавила: – Прямо-таки неверующий Фома!

Клавдия тоже немного скисла.

– И где это ты именно в восемь часов собираешься деньги искать?

– Не деньги, а кошелек. Клава, я у тебя хотела спросить, у тебя знакомых в парикмахерской нет? А то на свадьбу хочу прическу…

– Ира… а можно я с тобой этот кошелек искать пойду? – робко попросила Клавдия.