В центр голубого свечения ударили пара вспышек яростного белого огня. Свечение поглотило этот огонь и стало еще ярче. Так закончились дни Старших, ведь только я мог наложить печать и закрыть Дверь. Облака приняли форму изящных длинношеих драконов и стали кружить вокруг центра свечения. Безымянный пришел.

Загонщик подошел ко мне и встал рядом.

- Ты сам понимаешь, что ты сделал? Точнее, чего ты не сделал?

- Да, конечно.

- Ты погубил мир. Ты погубил Старших. И ты потерял свою женщину... Она там, с ним, на века.

Я посмотрел на Загонщика и улыбнулся.

- Вот понимаешь, меня всегда удивляло, почему считают, что если ты живешь тысячелетия, а любимые тобой люди, всего десятки лет, то, со временем, ты начинаешь бояться боли, которую тебе приносит их смерть. И ты, мол, будешь отказываться любить. Чтобы этой боли избежать.

Бред это все. Или говорят так те, кто не любил никогда в жизни. Если любишь, то сделаешь все, чтобы любимый человек жил счастливо до конца дней своих. Понимаешь ты, счастливо! И потом, в конце, проводишь его.

А что я мог дать Крис? Закрой я ворота, каким стало бы ее будущее?

- А мир? Весь остальной мир? Ты подумал, что будет с ним?

- Пойми, Загонщик, слишком долго мы не давали шанса тем, кто ждал Безымянного. Слишком велика была для них плата за серое спокойствие остального мира. Пусть теперь живут они. Они, и Крис...

Мы стояли с Загонщиком у окна и смотрели, как ширится, растет круг льдистого голубого света и ликующе проносятся над ним изящные облака-драконы.

Драйв

Он любил Ее. Не правда ли, более пошлое и избитое начало для истории сложно придумать?