Эта крепость запирала перевал. Спуститься в долину можно было только войдя в ее огромные ворота, пройдя по площади , под пристальным взглядом узких бойниц и, выйдя через другие ворота, за которыми продолжалась дорога, уходящая вниз, в долину, к зеленым деревьям, деревням с аккуратными белеными домиками, к обычной человеческой жизни.

А здесь, наверху, господствовали ветер и солнце. Летом солнце накаливало камни, зимой - слепило, отражаясь от снега. Правда, я этого не видел. Я выхожу во двор своей крепости только ночью. Иду через площадь, поднимаюсь на стену , обхожу крепость как часовой, по кругу. Останавливаюсь там, откуда видна долина, смотрю на деревни, считаю огоньки в домах. Дышу ночным горным воздухом. Дышу одиночеством.

Я вошел в крепость сто сорок лет назад. Мне пришлось бежать из родных мест. Хотя.....

Они уже не были мне родными. Были просто привычными, густонаселенными и удобными для охоты. Приходилось был охотником, охотником поневоле, ибо устремляться в ночь, идти по следу, настигать и впиваться в горло добыче заставляла меня неуемная, холодная и неутолимая жажда крови. Я старался сохранять хотя бы остатки того, кем я был, когда был человеком. Не пил кровь женщин и детей, давал шанс своей добыче - предлагал поединок на мечах. Однако это было не более чем лукавство - поскольку меня почти невозможно одолеть один на один, да и нельзя убить сталью. Я - вампир.

Но охота в этих местах не могла продолжаться вечно. Я прорубился сквозь толпу крестьян, орудуя двумя мечами и, оскалив клыки, шипя в перекошенные от животного ужаса лица, уворачиваясь от деревянных кольев, нырнул в лес и растворился во тьме.