Было уже совсем темно, когда семеро из числа персонала госпиталя втиснулись в машину Коула. Они доехали до Нью-Йорка, раздобыли еще три автомобиля и вломились в магазин «Инструменты» — за необходимой аппаратурой. Наконец медики разделились для выполнения своего плана.

Коул и Данн, ответственные за сектор Нью-Йорка, ехали в молчании, осторожно наблюдая за дорогой. Судя по отдельным нормально выглядящим людям, которые спешили по боковым улочкам, заражение распространилось далеко не на все население. Это укрепило веру врачей в то, что и у них есть иммунитет. Размышляя о странной загадочной природе иммунитета, Коул расспрашивал своего напарника.

— Ответа я не знаю, — сказал Данн. — Есть два фактора, возможно, влияющих на иммунитет. Во-первых, внешние и внутренние слои организма некоторых индивидуумов осуществляют механическую защиту от инфекции. Во-вторых, у невосприимчивых индивидуумов просто отсутствуют рецепторы для восприятия инфекции. То есть, нет органического субстрата, на котором может укрепиться инвазия.

— Мне кажется, — произнес Коул, — поскольку мы предполагаем лучевое заражение, наш иммунитет — как бы механическая защита кожи.

— Очень похоже, — кивнул Данн. — Возможно, у всех нас кожа обладает каким-то общим неизученным качеством. Может быть, разгадка в кожной пигментации. Но у нас недостаточно времени, чтобы это понять.

Повернув на север на Пятую авеню, машина проехала мимо памятника Шерману и полетела вдоль восточной стороны Центрального парка. Друзья содрогались при виде отвратительных кустарников и ковыляющих среди обломанных веток жутких созданий. Спустя немного Данн подтолкнул Коула:

— Кстати, а кто был на фотографии, которую ты нашел у Миллера в кабинете?