Он был высок. Она доставала только до середины его груди. Когда он потянулся к ней, лунный свет блеснул на перепонках между его пальцами. Адрия сделала несколько шагов назад, стремясь отойти подальше. Он нахмурился, и мелодия полилась с новой силой, пока Адрия не перестала слышать что-либо, кроме нее. Она видела, как он подошел ближе. Он снял с нее верхнюю одежду. Она задрожала, оставшись в одной ночной рубашке. Он взял ее грудь в свои руки, и холодная вода пропитала ткань рубашки. Его лицо склонилось к ней, глаза были огромны и настолько глубокие, что казалось в них можно утонуть. Ужас прошел по ней волной, она покачала головой, яростно, стараясь вырваться и отстраниться. Он схватил ее, прижав к холодной твердости своего тела. Мелодия ревела у нее в голове, но страх был сильнее. Море подступало все ближе и ближе, заполняя ее.

Его губы накрыли ее рот, исследуя. Потом они стали опускаться вдоль линии ее шеи. Адрия пыталась кричать, но не могла. Она боялась, боялась мелодии, моря, существа, прикасавшегося к ней, но не могла заставить себя ни закричать, ни вырваться. Он опрокинул ее на спину на песок. Сильные руки разорвали на ней рубашку, оставляя ее задыхающейся и полуобнаженной. Волны захлестывали ее, перетекая к груди и обтекая ноги. Он встал на колени над ней, смущая ее своим высокомерием, отсутствием жалости, сомнений, плотью, вылепленной самим морем. Она не могла думать о нем, мелодия терзала ее разум, разрушая невинность его покровов.

-Нет, - прошептала она.

Он лег на нее сверху, его кожа была ледяной против ее собственной. Волны захлестывали его со спины и проливались ей на лицо. Он все еще продолжал целовать ее кожу. Его твердость упиралась в ее трусики

-Нет, - все еще шепотом произнесла она. Ей хотелось закричать, заплакать. – Нет.

Тут она вспомнила про пистолет.

Его руки рванули ее влажные трусики. Он спустился на уровень ее бедер, глядя ей в глаза.