Мистер Костелло рассмеялся:

— Ну же, третий, покажите интенданту. Вы вполне можете доверять ему, он хороший парень. Я горжусь, что лечу вместе с ним.

Третий поколебался, а потом поднял книгу с колен. Это был Космический Кодекс с комментариями. Каждый офицер, чтобы получить патент, должен долго его зубрить. Но эта книга не из тех, что помогут вам скоротать время.

— Третий объяснял мне, что может и чего не может капитан, — сказал мистер Костелло.

— Да, вы спрашивали меня, — ответил третий помощник.

— А теперь — минуточку, — произнес мистер Костелло, — теперь — одну минуточку.

Это была одна из его привычек. Она была его неотъемлемой частью, как небольшая лысина на макушке, широкая улыбка, как манера склонять голову набок и переспрашивать, если он не расслышал, что вы сказали.

— Минутку. Вы же хотели показать этот параграф?

— Да, мистер Костелло, — сказал третий.

— Вы хотите преодолеть ограничения, налагаемые на вашу свободную волю капитанской властью, правильно?

— Да, пожалуй, — ответил третий. — Да, конечно.

— Конечно, — со счастливым видом повторил мистер Костелло. — Прочитайте интенданту тот параграф, который вы только что читали мне.

— Тот, что вы нашли?

— Вы знаете, какой. Вы сами мне его прочли, верно?

— О-оо, — протянул третий. Он взглянул на меня как-то неуверенно, потом обратился к книге.

Мистер Костелло положил на нее свою ладонь.

— Не трудитесь читать, — сказал он, — вы должны помнить это наизусть.

— Да, я помню, — согласился третий. — Это что-то вроде гарантии на тот случай, если капитану власть ударит в голову. Считается, что нельзя исключать возможность безрассудных действий со стороны капитана, и тогда команда решает, насколько он вменяем. Если на капитанском мостике сумасшедший, команда имеет право выбрать офицера и послать его к капитану для проверки. Если капитан против или если команда недовольна результатами, она имеет право заточить капитана в каюте и взять корабль в свои руки.