Ну, мы и подошли — поздороваться.

 Здоров, говорю, мумаки крашеные! Обо что шумим?

 Они загудели. Вперед эдакий хмырина здоровый выходит, с молотком крикетным и говорит — валите дескать, Орки. Не нарывайтесь. Не на вас буча — ежели отойдете, то и не заденем.

 Ты чо, тюфяк, текст попутал? — Спрашиваю. — Ты на кого, выхухоль беременная, хвост поднял. Расходитесь, пока я добрый. А то потом поздно будет.

 Они говорят — капец вам. Вас трое, а нас — вон сколько!

 Да, отвечаю, и где ж мы вас «столько» хоронить–то будем.

 Хмырина нуменорский на меня молотком ка–а–ак замахнется, а я ему по репе ка–а–ак вмажу. Его аж снесло — он по пути еще четверых завалил.

 Денатураты, мать их…

 Вобщем, ломанулись они на нас. Мы похватали кто что — и на них кинулись. Я молоток подобрал, а дружок мой — Скулгур, тот и вовсе — светофором отмахивался.

 Короче погнали наши городских. Гнали мы их до самого ихнего квартала, многих по дороге побили — кого до беспамятства, а може кого и насмерть.

 Увлеклись мы слегонца…

 Ну а там, в квартале, к ним подмога подошла. Зажали нас у ресторанчика уличного. Ну я в пылу драки, баллон газовый с жаровни подхватил — вентиль об мостовую сбил да и в толпу пульнул.

 Жахнуло так, что в полквартала окна повылетали. Нуменорцы в россыпную, да поздно уже — от баллона того пожар занялся. Так вся ихняя слободка и сгорела.

 Навели порядок!

 Там опосля нас — тишина, покой и большой пустырь остался. Пепел только подмели.

 А все почему?

 Потому что — во всем порядок быть должон! И ежели ты головожопый, то и сиди у себя, в своей Головожопии и с заморочками своими к честному народу не лезь. Помять могут.

 А с нами что?

 Скандал был… Газеты писали — «Наемники из Орков» учинили геноцид мирных нуменорцев…» политицкий заказ, мол, от хоббитанского Головы.