— О береговых огнях 1951 года пишут во всех газетах почти каждый Хэллоуин, — весело сказал Дэйв, — не считая веб-сайтов об НЛО.

— А в прошлом году женщина написала книгу о массовом отравлении на церковном пикнике в Ташмуре, — добавил Винс. Это была последняя история о необъяснимом, которую они выжали из себя для приезжего журналиста, сразу после чего тот заторопился на паром в полвторого. Теперь Стефани казалось, что Хэнретти можно понять.

— Так вы морочили ему голову, — сказала она, — дразнили старыми небылицами?

— Нет, дорогуша! — сказал Винс с неподдельным возмущением (так, по крайней мере, показалось Стефани). — Каждая из — них подлинная необъяснимая загадка этих мест, побережья Новой Англии.

— Мы же не могли быть уверены в том, что он знает эти истории, пока не выложили ему все, — резонно заметил Дэйв. — Но его осведомленность нас вовсе не удивила.

— Ага, — подтвердил Винс. В его глазах играли веселые искорки. — Признаюсь, это старые байки. Но они сослужили нам хорошую службу: мы отлично пообедали, не так ли? А еще понаблюдали за тем, как деньги ходят по кругу и попадают именно туда, куда нужно… например, в карман Хелен Хафнер.

— А эти истории действительно все, что у вас есть? Эти избитые анекдоты, превратившиеся в пошлость от постоянного упоминания в книгах и крупных газетах?

Винс посмотрел на своего старого товарища:

— Я так сказал?

— Не-а, — ответил Дэйв. — Кажется, я тоже ничего подобного не говорил.

— Итак, какие же еще загадочные истории вам известны? И почему вы не рассказали их журналисту?

Старики переглянулись, и Стефани снова почувствовала действие телепатической силы. Винс легким кивком указал на дверь. Дэйв встал, пересек ярко освещенную часть длинной комнаты (на неосвещенной половине громоздился офсетный станок старой модели, который не использовался уже больше семи лет), кивнул в ответ и закрыл дверь. Затем он вернулся на место.