— Ну что делать, не любят архидемоны шпионов. Как тех, кто шпионит за ними, так и тех, кто шпионит для них, но умудряется засветиться, — развел руками волшебник.
— Сам знаю, — отмахнулся почти прозрачный собеседник, снимая с себя комплект артефактов и мантию архимага. — Но страху я сегодня натерпелся…
— Считай, что четверть своего долга ты уже отработал, — уверил его архимаг. — Ну что, пойдешь дальше дрыхнуть в подвал или еще погуляешь по миру?
— А небольшого вознаграждения, как в прошлый раз не будет? — невинным тоном поинтересовался демон, вернувший Келеэлю комплект его регалий.
— Ну нет сейчас среди моих пленников женщин-оборотней, — развел руками пятитысячелетний некромант, — может на человеческую дворянку согласишься? Имеется у меня одна, уже лет сорок как в саркофаге с остановленным временем лежит. Владеет самоисцелением, я проверял. Еще суккубу могу призвать, они живучие.
— Нет, — прозрачное лицо пошло продольными волнами, что соответствовало презрительной гримасе у представителей его племени. — Людские женщины слишком быстро дохнут в моих объятиях, нужен кто-то повыносливей… А демонессы мне давно надоели… Ладно, пойду спать. Разбудишь когда в костяной цитадели смениться хозяин. Или когда снова потребуются мои услуги.
Демон стек на пол ртутной лужицей, в которой единственным инородным предметом выглядела полурастворившаяся куриная кость, и направился в ту комнатушку, где он коротал вечность, прячась от разгневанных владык Бездны, а архимаг остался в своем любимом кресле и впал в глубокую задумчивость.