— Кто-то из непрямых потомков, — решил Келеэль, — рассматривая полуэльфа. — А может и из прямых. Надо бы хоть на одном собрании появиться, хоть узнаю, кто мне кем приходится.
Еще в круге волшебников, окружавших архимага, было двое артефакторов, малефик, тройка друидов, алхимик, жрец солнца, жрец ночи (как они еще не подрались?!) и даже некромант. В общем, все представители первичных ветвей магии собрались. Магом хаоса, пусть и не особо одаренным был Келеэль, а за стихии жизни и порядка отвечал Князь, стоящий прямо напротив древнего чародея. Судя по полыхающим зеленым огнем глазам, правитель эльфов в данный момент разбудил силы, обычно мирно спящие в крови его рода, и теперь представлял из себя квинтэссенцию магию жизни, лишь по недоразумению принявшую облик существа из плоти и крови.
— Что случилось? — изумление в голосе старого чародея, стоящего в круге вооруженных до зубов бойцов, было искренним. Ну, или казалось таковым. За пять тысяч лет у архимага было много времени на то, чтобы отточить актерский талант.
— Не делай глупостей, — если бы голосом можно было убивать, то бывший наставник правителя Западного Леса, одного из двух эльфийских государств мира Фредлонд, волшебник Келеэль скончался бы в жутких муках. Речью владыки Леса можно было охлаждать извергающиеся вулканы. Плохой признак. Очень плохой. Судя по тому, что волшебник знал о своем бывшем ученике, сейчас тому больше всего хотелось вцепиться в горло учителя и лишь понимание того, что стоит ему выйти в одиночку, ну или хотя бы с чуть большими силами на пятитысячелетнего некроманта и не спасет даже сила его крови.