Стаж у него был немалый — девятнадцать лет. Временами, создав себе маскировку, он жил под вымышленным именем на выручку от приведенной операции. Один или два раза в год он пополнял свой капитал. Но теперь все развалилось. Год назад в ходе одной операции отпечатки его пальцев — первый раз в его многолетней деятельности — попали в картотеку полиции. Два месяца назад произошла еще одна крупная неприятность. Крушение его замаскированного благополучия было результатом этих отпечатков. Паркеру пришлось быстро исчезнуть. Прощай, банковский счет, приличный образ жизни и прочее.

Когда за рулем краденой машины он выезжал на центральную улицу города, у него было меньше ста долларов. Ему удалось повидаться с несколькими людьми, бывшими сообщниками. Они знали, что Паркер согласен работать на паях, скрывался он в одном мотеле на окраине Скраптона под названием “Грин-Глен-мотель”. Его владелицей и управляющей была Магда, бывшая проститутка. Через неделю Паркеру позвонил Кафка. Их разговор казался странным: оба избегали называть вещи своими именами. Кроме того, Кафка не был уверен, что разговаривает именно с Паркером.

— Теперь все делается не так, как прежде, не правда ли? — начал прощупывать собеседника Кафка.

Паркер знал, что он хотел сказать: прежде никто не мог непосредственно, связаться с Паркером. Всякий, кто хотел поговорить с ним о деле, должен был действовать через некоего Джо, бывшего заключенного. Но Джо умер, и это явилось еще одной неприятностью.

— Я сейчас переодеваюсь. Понимаешь? Ты слышал, что случилось с Джо?

— А что случилось?

— Он умер.

— А-а... Я пытался тебе туда позвонить, но никто не подошел.

— Вот поэтому и не подошел.

Кафка сделал небольшую паузу и произнес:

— Я позвонил тебе просто так, чтобы узнать, как ты поживаешь. Ты сейчас работаешь?

— Подыскиваю себе место.

— Желаю удачи.

— Спасибо.

— Если увидишь в своих краях малыша Боба Негли, передавай ему привет.