— А зачинщики кто? Мои избиратели или сердюковцы?

— В вытрезвителе только ваши. Вот мне и хотелось вас попросить, Михаил Петрович, чтобы вы поговорили со своими почитателями по душам. Ведь синяки и зуботычины — не главный метод решения избирательного вопроса.

— Конечно, конечно, — согласился Пантов, понимая, что майор перекладывает всю вину за пьянство и дебоширство в городке на его плечи. Ему захотелось отомстить за намек и он с хитрым прищуром вождя мировой революции, как бы невзначай поинтересовался, — А вы сами-то за кого будете?

Начальник отделения опешил и несколько секунд пристально смотрел в глаза Пантова, словно призывая на помощь свой милицейский опыт и стараясь угадать, шутит ли депутат или спрашивает вполне серьезно. Наконец он улыбнулся и постарался уйти от конкретного вопроса.

— Я за порядок и полный интернационал, Михаил Петрович.

— Ладно, с драчунами и пьяницами разберемся, — уже совсем сухо пообещал Пантов, — Выборы пройдут и драк не станет. А вот сможете ли вы уменьшить количество краж и грабежей, этот вопрос для меня важнее.

— Да какие там грабежи и кражи! Можно было вообще не указывать эти цифры. Народ так обнищал, что и красть-то нечего друг у друга. Продавцы в промтоварном магазине жаловались мне как-то, что за последний квартал не продали ни одного телевизора, ни одной стиральной машинки. А когда-то эти товары пользовались широким спросом.

— А что же тогда воруют?

— В основном картофель да кукурузу с совхозных полей. — Махнул рукой в сторону предполагаемых угодий начальник отделения, — Правда, был недавно один случай грабежа. Двое лихих людей забрались к дом к бабке Агрофене, попугали её ножом, сняли со стены икону, да медный самовар прихватили.

— Раскрыли преступление? — без особого интереса спросил Пантов.

— Нет, к сожалению. Видать, преступники залетными людьми оказались, но действовали по чьей-то наводке. В Марфино почти в каждом доме иконки имеются, но они грабителей не заинтересовали. А забрались к Агрофене, у которой был довольно-таки старинный образ, который перешел к ней по наследству ещё от прабабки.