– Ее место вакантно? – тут же вмешалась Катина мама, оторвавшись от плиты.

– Ну да! – Светик не сразу поняла, куда клонится разговор.

– Чижик, почему бы тебе не попробовать?

Чижик – это Катя. Катя Чижова.

– Мама, я больше не могу ничего пробовать!

Пирожки с капустой, пирожки с мясом, теперь вот с яблоками. А Светик уплетает и в декрет не собирается. Хороший обмен веществ.

– Дочка, я имею в виду – попробовать поменять работу.

Неизвестно, кто больше удивился: дочка или Светик. Катя любила свою работу. Она трудилась в архиве. Документов там много, пыли тоже хватает, в приставных лестницах недостатка нет. А вот цифры в ведомости по зарплате похожи на высоту не самой внушительной горы – пять тысяч метров над уровнем моря. В Катином случае пять тысяч рублей – где-то очень далеко до уровня жизни.

Конечно, Катя старалась придать внушительности своей смешной зарплате. Писала курсовики за деньги, составляла родословные...

– Ну сколько можно пылью дышать в своем подземелье? – не унималась Катина мама. – Попробуй найти себе работу, за которую платят. Света ведь хорошо получает в этой юридической фирме? Правда, Света?

– Не жалуюсь, – кивнула та.

– Вот и ты могла бы, дочка. Раз есть вакансия.

– Нет, вы только представьте! – Светик попыталась сменить тему. – Красная спортивная машина. Такая плоская, что кажется, что в ней не сидят, а лежат. Последний писк! Алекс подарит мне ее, правда, пока не знаю, на какой праздник...

Алекс – это завидный Светин жених, руководитель той самой фирмы, где хорошо платят. Конечно, подарит! Сразу видно – не жадный.

– Так как насчет вакансии? – Маму Кати не так-то просто было сбить с курса. Для дочери она могла бы пробить дорогу даже во льдах.

– Э... видите ли, тетя Маша... У нас в конторе своя специфика, VIP-клиенты, – замялась подруга, совершенно не представляя себе Катю и VIP-ов. – Очень высокие требования. Даже мой талант они оценили не сразу.