Клор невольно покачал головой. Ничего крамольного в журнале, конечно, не было. Зря старались ребята из шифровального отдела. Но все же...

После того, как было прослушано несколько ежедневных отчетов, составленных по обязательной форме, куда кроме данных о погоде и собственном самочувствии вносились сведения о ходе программы изменения климата, запись выключили. Неожиданно раздался вопрос, которого Клор опасался.

- Все ли, что вы считаете нужным, вносилось в журнал?

- Все, что считал нужным, - лаконично ответил Клор.

- А происходило ли за время вашей работы Созидателем на ЭН-12 что-нибудь такое, что вы были обязаны внести в журнал и не сделали этого?

"Вот оно!" - Клор машинально прижал вспотевшие ладони к ткани комбинезона.

"Скажи было", - вертелось в голове, но вместо этого он сухо отрапортовал:

- Ничего заслуживающего внимания Совета.

- Это ложь! - не выдержал тот самый Координатор, который включал запись. - Нам все известно!

"О, Вечный Разум, в твоей руке горсть звезд..."

Клор украдкой посмотрел на брата. Тот сидел, прикрыв веки, как будто дремал, и только уголки быстро подрагивающих губ выдавали, что он все слышит.

У Клора гулко забилось сердце, как было когда-то единственный раз после поступления сигнала о разгерметизации десантного бота - тогда у него оставались считанные мгновения для того, чтобы нажать кнопку аварийного катапультирования.

"Ну и пусть, - мелькнула мысль. - Все равно им все известно.

- Да, это правда, - быстро сказал он.

- Что именно? - тут же последовал вопрос из задних рядов.

- Я поделился с аборигенами продуктами и медикаментами во время засухи, иначе бы они погибли.

Проклятая рукопись! Он так устал от нее.

Клор оттолкнул от себя пишущую машинку и тут же стал Кириллом. Он ощутил это почти физически, хотя ничего не изменилось. Те же глаза, тело, руки.