Развод или брак, имевший место после перезаписи, должен быть совершен заново с согласия обоих супругов. На работе копия подлежит восстановлению в должности, бывшей на момент перезаписи, либо увольнению с этой должности с выплатой причитающегося пособия. Копия не несет ответственности за противоправные деяния оригинала, совершенные после перезаписи, но несет ответственность за совершенное до. Последний пункт вызвал особенно много возражений: получалось, что за преступление может быть осужден тот, кто его не совершал. Но возобладала другая логика: «да, физически обладатель этого тела не совершал преступления, но фактически его личность это личность преступника, избежавшего наказания, и, как таковая, представляет точно такую же опасность для общества, как и личность оригинала». Впрочем, под давлением правозащитников срок давности для копии по преступлениям оригинала был ограничен тремя годами.

Многим довольно трудно разобраться во всем этом с первого раза. Что поделать — копирование вошло в нашу жизнь совсем недавно, и самих копий еще мало. Я даже не знаю, доводилось ли мне встречаться с ними — выяснять, является ли кто-то копией, считается грубейшим вмешательством в частную жизнь, тайну копирования стараются охранять так же тщательно, как тайну усыновления. Большинство моих знакомых так и не узнает, что я умер, и мое место занял другой…

Некоторые особо проницательные, возможно, заметят, что я помолодел на восемь лет. Мне тридцать восемь, а клетки для клонирования я в последний раз сдавал в тридцать. Доктора не рекомендуют делать это позже, когда в организме уже начинаются возрастные изменения. Некоторые, правда, все равно предпочитают создавать для копии более старые клоны, чтобы различие с оригиналом не бросалось в глаза. Правозащитники требуют запретить такую практику, утверждая, что это нарушает права копии, обрекая ее на короткую жизнь в изначально старом теле. Их противники возражают, что, поскольку копия имеет все воспоминания оригинала, это то же самое, как если бы она сама прожила все эти годы — а значит, ее жизнь состоит не только из короткого будущего, но и из длинного прошлого. В Конгрессе идут дебаты по этому поводу, но решение пока не принято. Похоже, однако, что на сей раз победа будет целиком на стороне правозащитников.