— Да, — сказала Фиона, — гоблины сущие дохляки. Тролли, хоть и тупые, как пни, зато громадные. А самые опасные — мантикоры. Во время предыдущего набега они тяжело ранили одного из Агнцев. Рафаил собирался добить его, но я запретила.

— Достойное восхищения милосердие, — наконец отозвалась Бренда, отвлёкшись от созерцания того, как сотня Агнцев методично громила гоблинскую армию. — Как я понимаю, Фи, вначале ты подозревала, что этих химер науськивает Хаос?

— Была такая мысль, — призналась Фиона и быстро взглянула на Вику. — Только не думай, что я винила Мирддина. Просто Хаос мог действовать без его ведома. Как в тот раз, когда на Феба напал цербер.

— Мирддин всё тщательно проверил, — ответила Вика. — Он ручается, что Хаос никоим образом не причастен к этим вторжениям.

— А я ручаюсь за Порядок. Тем не менее, пленённые гоблины, тролли и мантикоры в один голос утверждали, что служат своему отцу, Хаосу, и их святая цель — низвергнуть гнусный Порядок.

Вика кивнула:

— Мы с Мирддином захватили нескольких кентавров, и на допросе они дали такие же показания. Только отцом называли Порядок, а врагом — нечестивый Хаос.

— Коллективное помешательство? — предположил Феб.

— Может быть, — сказала Фиона. — Но чем оно вызвано, вот вопрос. Массовый гипноз, чары… если и так, то их следов я не обнаружила. Все пленные вели себя вполне адекватно, просто были искренне и твёрдо убеждены, что их священный долг — борьба с Порядком.

— В определённом смысле, — произнесла Тори, — разумными существами управлять проще, чем животными. Достаточно лишь вдолбить им в головы какую-нибудь идею, а потом они уже действуют самостоятельно, руководствуясь своими убеждениями. Находятся лидеры, которые эту идею превращают в идеологию, организуют массы и ведут их за собой. В данном случае — на штурм Порядка или Хаоса.