Молчание.

— Евгений Федорович, — начал седовласый, — я понимаю, почему Влада ищут его друзья, но почему мы это делаем? После того, как Истрин спился, он не представлял интереса ни для нас, ни для наших «друзей». Влад потерял чутье. Он стал никому не интересен, да и никакой важной информации, которая могла нам навредить, он не знал. Мы уже и так потратили крупную сумму на его поиски.

— Считайте это моим капризом, — сказал блондин. — Я вас больше не задерживаю, Дмитрий Сергеевич.

Блондин проводил взглядом седовласого, который вышел из кабинета, и задумался.

— Жень, — сказал вышедший из комнаты отдыха, примыкавшей к кабинету, моложавый мужчина, — он мне не нравится. Во-первых, человек не может просто пропасть. Имея такие ресурсы, которыми обладает твой руководитель общего отдела, можно сделать все или почти все. А во-вторых, слишком часто он говорит «мои люди», «мы», а уж задавать тебе такие вопросы — это просто наглость. Похоже, что этот «молчи-молчи» потерял чувство реальности.

— Саша, возможно, ты прав, — сказал блондин. — Жаль, что Олег Александрович ушел со своего поста. Жаль, что здоровья за деньги не купишь. С ним у меня никогда никаких вопросов не возникало. Саш, займись Дмитрием Сергеевичем.

— В какой форме? — поинтересовался моложавый.

— В мягкой, — улыбнулся блондин, — возьми его под колпак. Кстати, почему ты такой кровожадный?

— Потому, — усмехнулся моложавый, — что я не хочу, чтобы этот хмырь узнал про одно небольшое подразделение, которое подчиняется только тебе и не проходит ни по каким ведомостям и отчетам. Я не хочу, чтобы меня перестали считать скромным бухгалтером, работающим только за скромную зарплату. Твой Дмитрий Сергеевич подбирается ко мне, я чувствую это.

— Веская причина, — рассмеялся блондин. — Ты как был сумасшедшим терминатором, так и остался.