— И что же ты предлагаешь, дорогуша? — Сладкий Уильям, покачивая перьями, осторожно приближался к ним по неровной поверхности листа. У Рени мелькнула мысль: не жарковато ли ему в костюме из черной кожи в этом тропическом климате? — Пойми меня правильно, все эти соображения про то, что мы «можем» или «не можем», весьма интригуют Тебе бы быть командиром в юбке. Так что, будем мастерить подвесной мотор из обрезков ногтей, или есть другие варианты?

Рени кисло улыбнулась:

— Все лучше, чем болтаться на воде и ждать, пока кто-нибудь объявится и сцапает нас. Но я надеялась, что у кого-нибудь найдутся более практичные идеи.

— Пожалуй, ты права. — Уильям уселся рядом, уткнувшись ей в ногу своей острой коленкой. Рени решила, что после бегства из дворца Атаско он немного изменился, а высокомерия у него поубавилось. Даже сильный североанглийский акцент стал менее выраженным, словно был одним из атрибутов его дурацкого сима. — Тогда что же нам делать? — спросил он. — Возможности грести у нас нет. Допустим, мы сумеем доплыть до берега (вы со смеху помрете, увидев, как я плаваю), но дальше-то что? Не очень-то меня прельщает мысль бродить среди тех жучков-переростков.

— Это они большие или мы маленькие? — уточнил Фредерикс. — Я это к тому, что они могут оказаться просто жуками-монстрами, как в сим-мире «Радиационный уикэнд».

Рени прищурилась, вглядываясь в берег. Над кромкой воды, резко меняя направление, летало несколько существ поменьше стрекозы.

— Что ж, деревья тут в милю высотой, песчинки на берегу размером с наши головы, а плывем мы на листе, который когда-то был кораблем. Что думаете? Я склоняюсь к версии «мы маленькие».