— Потерпите еще немного. Когда прилетим в Улей, приведем вас в порядок.

— Кажется, я что-то вижу, — сообщил второй пилот. Голос у него был мужской, но лицо все еще скрыто очками и шлемом. — Сейчас спущусь пониже.

Стрекоза снизилась настолько быстро, что желудок Рени несколько секунд оставался там, где они начали снижение.

— Кто-то цепляется за плавучий мусор. Похоже, это… обезьяна?

— !Ксаббу! — Рени вскочила и больно ударилась головой о крышу алькова. Его обивка оказалась не очень-то толстой. — Это мой друг!

— Нет проблем, — отозвался пилот. — Думаю, нам снова понадобится лестница, Ленора.

— Как скажешь. Но если это обезьяна, то она прекрасно сможет забраться и сама.

Через несколько секунд !Ксаббу уже оказался в алькове рядом с Рени, и та крепко обняла обезьянье тельце.

Стрекоза описала над водой еще несколько кругов, но уцелевших больше не нашлось.

— Да, не повезло вашим друзьям. Жаль, — сказал пилот, разворачивая стрекозу от реки к лесу невероятно высоких деревьев. — Кто-то выигрывает, кто-то проигрывает. — Он поднял очки, открыв веснушчатое европеоидное лицо с длинной челюстью, и небрежно положил стрекозу на бок, проскальзывая между высоченными, но близкими стволами. Рени и !Ксаббу ухватились за стенки алькова. — Всякое случается; на этой реке начинающим делать нечего.

Подобная бессердечность ошеломила Рени. Ленора тоже взглянула на товарища с неодобрением, но оно, пожалуй, соответствовало мягкому упреку, который высказывают младшему братишке, застукав его с ложкой возле банки с вареньем.

— Дай ей шанс, Каллен. Ты ведь не знаешь, чем они занимались. Это может стать серьезной проблемой.

— Ага, — худой пилот ухмыльнулся, явно не тронутый словами Леноры. — Жизнь наша жестянка, а потом нас проглотит какая-нибудь рыбина.

— Скажите, а вы кто такие? — спросил !Ксаббу за полсекунды до того, как Рени приготовилась наорать на пилота.