Пока Рени говорила, !Ксаббу внимательно за ней наблюдал и теперь заговорил на своем самом аккуратном английском:

— Меня зовут Генри Уонде. Я студент у мисс Отепи. Как мы сможем отыскать наших друзей?

Каллен обернулся и несколько секунд разглядывал бабуина, пока приближающаяся путаница ветвей снова не отвлекла его внимание:

— А в чем проблема? Вы что, собираетесь оставаться в онлайне? Вернуться в тот мир Атаско? Или как?

Рени набрала в грудь побольше воздуха:

— Кажется, наши системы неисправны. Мы не можем выйти в офлайн.

Каллен свистнул, впечатленный услышанным:

— Хреново.

— Мы вам все исправим, когда вернемся в Улей, — уверенно заявила Ленора. — Все станет как новенькое, даже еще лучше.

Рени в этом, мягко говоря, сомневалась, но промолчала. Стрекоза мчалась сквозь сгустившиеся сумерки.

Перед пробуждением Орландо увидел еще один сон — точнее, тусклый и размытый фрагмент сна, в котором какой-то безликий ребенок сидел в холодной и темной комнате, умоляя его остаться и поиграть с ним. Тут был замешан какой-то секрет, нечто такое, что нужно держать в тайне от взрослых, однако все подробности улетели подобно унесенному ветром дыму, едва Орландо проснулся. И все же, несмотря на то что события нескольких следующих минут быстро заставили его позабыть о сне, навеянное им предчувствие беды ослабело гораздо позднее.

В первые и не слишком отчетливые секунды после того, как Орландо открыл глаза, он едва не решил, что парализован. Ног будто не было, и он не ощущал почти ничего ниже своего широкого тугого пояса.

— Орландо?

Голос был более знакомым, чем ощущение возвращения в мир. Орландо прищурился и повернул голову к говорившему.

— Ты очнулся! — Лицо Фредерикса находилось совсем рядом. Через секунду до Орландо дошло, что его талию охватывает не пояс, а рука товарища, другой же Фредерикс держится за край листа. Они плавали по грудь в теплой речной воде.