Полтора десятка крутолобых короткостриженных парней в кожаных плащах до пят - ну чисто тебе "быки" из набивших оскомину кинобоевиков - дружно высыпали из шикарных салонов, каждый синхронно придерживая правую полу плаща, и скучковались вокруг невысокого лысоватого брюнета с ухоженной бородкой, в обычной кожанке-косухе и джинсах. Авторитетом от него наносило за версту.
Разговор получился коротким и четким, словно заранее отрепетированным.
- Все рации - на мою волну,- приказал бородатый.- Действовать точно по раскладу. И не дай вам Бог, братва, облажаться - дальнейшее существование на этой грешной земле для вас станет просто бессмысленным. Все, рассыпались.
И кожаные плащи тут же исчезают из его поля зрения за ближайшими деревьями - словно сквозь землю проваливаются. А лысоватый, нисколько не скрываясь, идет один по натоптанной тропке вглубь леса, сунув настроенную на прием "Уоки-Токи" в нагрудный карман косухи. Видимо, конечная цель ему известна досконально - минут через тридцать-сорок он выходит на окраину опушки, посреди которой стоит охотничий домик в стиле "а-ля Толстой", срубленный из плотно пригнанных лиственничных бревен. Новая причуда новых русских - штаб-квартира для пейнтбола. Но помповики в руках трех охранников, подпиравших стенки этой штаб-квартиры, вовсе не смахивают на пневматические ружья с парафиновыми красящими шариками.
- Стоп, папаша,- один из этих шкафообразных небрежно салютует брюнету стволом еще издалека.- Дальше запретная зона.