- Нейтрализация нескольких очагов обороны задержала мое...
- Ты лжец, Стаффа кар Терма.
Пальцы Стаффы впились в пояс, руки напряглись.
- Никто другой в свободном космосе не осмелился бы сказать мне такое.
- Ты бы предпочел, чтобы я назвал тебя тем, кто ты есть на самом деле? Пауза. - "Предатель" прекрасно ложится мне на язык. А тебе?
- Ты изгнал меня! Ты и твой драгоценный Совет. Я мог бы заставить тебя умереть... Но тебе этого и хотелось бы, не так ли, Претор?
- Я изгнал тебя? - Он презрительно фыркнул. - Если ты потрудишься вспомнить, я спас твою жизнь! - С завыванием госпитальная установка поехала, повернув неподвижную голову к Командующему. По мере того как возникал профиль, становилась различима истинная форма черепа под источенной болью плотью. Лоб поднимался куполом над сильно выраженными надбровными дугами. Мясистый нос выдавался вперед, загибаясь крючком к морщинистому рту, губы которого с возрастом стали фиолетовыми и распухли. Тонкая негладкая кожа была усеяна старческими пятнами. Подбородок выдвигался подобно набалдашнику орехового цвета под широким лицом. Когда он повернулся, стал виден синяк на левой щеке.
"Обломок человека. Вот лежит мой враг..." Стаффа начал улыбаться. Дыхание его стало спокойнее. Разве может испугать раздавленный кусочек человечества? Претор живет за счет работы насосов и фильтров. Внутривенное давление наполняет его сосуды веществами, необходимыми для поддержания жизни, а мембраны насыщают кислородом искусственную кровь, питающую остатки спинного мозга.
Человек, которого он когда-то боялся и любил, - исчез, ушел навсегда в бластерном ударе, который он, Стаффа, направил, чтобы разрушить флагман Миклены. Благодаря какому-то чуду старик выжил, был обнаружен расчищающими поле боя командами и опознан.
Рот старика шевельнулся, изменив узор пергаментных морщин.
"Улыбка Стаффы кар Терма? Забавляешься делом рук своих?"
Командующий обхватил ладонью локоть согнутой руки, потиравшей подбородок, и всмотрелся в осунувшееся лицо, глядевшее на него. Спазмы страха рассеялись, и внутри него, где-то в глубине, поднялась волна победного чувства. Дело прошлого стерто - исчезло в дыму и насилии настоящего.