Например, те же танки. У Руссарии их было всего около двадцати штук, и они являлись гордостью инженерной мысли империи. Он лично никогда не забудет, как впервые увидел эти угловатые громадины величиной с двухэтажный дом, медленно ползущие вдоль трибуны, на которой его отец принимал парад. Помниться его тогда охватил какой-то животный ужас и одновременно восторг. Как он тогда гордился за свою страну - радовался ее силе и мощи.

       У Герании танков оказалось в десять раз больше.

       Первая же серьезная битва показала превосходство армии Герании над войсками союзников и была выиграна лишь благодаря какому-то чуду и героизму руссарских солдат. Но это была лишь одна победа в череде более серьезных поражений. Мало того Артанская коалиция принялась разваливаться подобно карточному домику, а некоторые ее члены даже присоединились к Герании, обратив свое оружие против бывших союзников.

       В результате, пять лет кровопролитнейшей войны и как финал - позорный мир, заключенный на условиях победителя, по которому страна теряла около двадцати пяти процентов своих территорий. Это, а еще навалившиеся проблемы, недоверие народа, предательство собственных генералов - подкосило здоровье отца и, через пару лет после окончания войны, он скончался, оставив полуразрушенную страну своему сыну.

       Молодой Император провел пальцем по стеклу, запотевшему от его дыхания и, развернувшись, вернулся к столу. Открыв резную шкатулку, он пару минут мял в пальцах дорогую Гайтонскую сигару, рассеянно оглядывая заваленный папками и чертежами стол, затем откусил ее кончик и щелкнул зажигалкой.

       Конечно, все это ерунда, и тут его министры правы, но есть надежда, что среди этих фантастических проектов найдется хоть один, который послужит на благо страны. А страну надо восстанавливать, восстанавливать и собирать в кулак, приводя к порядку мятежные регионы. Ну а для этого надо привести в порядок практически деморализованную армию, восстановить ее боеспособность и вооружить новейшим оружием.