— Бэкстер умел ориентироваться по звездам?

— Да, — подтвердил я. — Это немного странно, но мне кажется, он умел это делать. Правда, он никогда об этом не говорил и не спрашивал, можно ли ему для практики взглянуть на мои расчеты. Но когда я вел наблюдения, Бэкстер следил за ними, так что было ясно, что знает он не меньше моего. А возможно, и больше. Не могу похвастаться, что я очень уж преуспел в этом деле. На Багамах этим не приходится заниматься слишком часто.

— Бэкстер не употреблял специальных терминов, указывающих на то, что он бывший офицер военно-морского флота? Не сбивался на служебный жаргон?

— Нет. Во всяком случае, я ничего подобного не припоминаю. Хотя я это вполне допускаю. Не сомневаюсь, что в морской академии гардемаринов обучают управляться и с парусными лодками.

— Да, кажется, так оно и есть.

— Но классным специалистом он не был.

— Насколько я понимаю, у вас на борту не было фотоаппарата?

— Нет!

— Жаль. Нам здорово помогла бы хоть одна его фотография. А не осталось ли где-нибудь на “Топазе” отпечатков его пальцев? Понимаю, что прошло уже шестнадцать дней.., и все же?

— Не думаю. Лодка уже четыре дня стоит в доках, и вода, конечно, все смыла.

— Понятно, — сказал Соумз, вставая. — Надо попытаться найти кого-либо в Зоне канала из тех людей, которые его знали. Спасибо, мистер Роджерс, за то, что вы к нам заглянули. У нас может возникнуть необходимость снова с вами повидаться. А вы пока соберитесь с мыслями и постарайтесь вспомнить обо всем, что произошло за интересующие нас четыре дня. И если что-либо вспомните, не посчитайте за труд записать это. Вы живете на борту своей лодки?

— Да.