Токугари, не доходя полутора полных шагов упал на одно колено и коснулся правою рукой гладкой паркетной плитки:

– Государыня!

– Что это ты, дружок, сегодня с церемониями ко мне? Батюшка заслал?

– Так точ… Гм… Да, матушка. Дозволь, я сначала тебя обниму?

Государыня императрица вздохнула глубоко-преглубоко и, как всегда, растаяла.

– Обними уж. Если не ты по мне, то я по тебе изо дня в день скучаю, сударь мой сын! Больше, чем по всем младшим отпрыскам, вместе взятым. Все сердце не на месте, все думаю: как он там, что он там… О-о… Простите меня боги! Ты в своем обычае: духами от тебя пахнет, конским потом, по-моему вином…

– Вином??? – Токугари даже попытался высвободить непокрытую голову из цепких матушкиных рук, но безуспешно…

– Стой, не трепыхайся… Может, и не вином, а уж духами точно. Я даже скажу какими. «Серебро Винари». Кто же это у нас такими душится на исходе лета? Уж точно, что не ее Высочество, ибо у моей невестки, при всех ее… особенностях, хороший вкус, а тут… погоди, погоди…

– Ай! Матушка! Ты зачем мне волосы вырываешь? Знаешь, как больно? – Принцу, конечно же, вырванный волосок не причинил ни малейшего беспокойства, но следовало отвлечь матушку от догадок, переключить ее внимание на что-нибудь более мирное, домашнее… – Что ты там выдернула, вражескую магию?

– Нет, просто седой волос. Дожила, называется… Уже у сына…

– Подумаешь! Вон, у графа Веври вообще лысина чуть ли ни в тридцать лет началась. И ничего – счастлив, бодр, любимчик всех на свете дам! А что до вина, то я, после того злосчастного раза, буквально пару раз его отведывал, и уж никак не сегодняшней ночью. Я только что от батюшки, как ты правильно догадалась…

– И что он там? Мириться затеял?

– Матушка! Как ты нас всех насквозь изучила! Именно: он хотел бы навестить тебя в твоих покоях вечером, надеясь, что ты устроишь там ужин и пригласишь его.