– Валентин Петрович, решение не было единодушным,

– Вас, Мария Федоровна, мы выслушали. Дайте мне закончить. Хорошо, хорошо. Скажем так: большинство коллег единодушно решило, что оперировать больного необходимо. Во избежание ошибок пункцию решено проводить параллельно, с небольшим опережением, на искусственно выращенном аналоге.

– Валентин Петрович, «аналог» – слово какое-то… Мы будем экспериментировать с человеком.

– Искусственно созданным аналогом человека, Мария Федоровна.

– Но физически он ничем не будет отличаться от больного Журавина.

– Физически – да, но формально – нет. Поймите, Мария Федоровна, без этого… тренажера… мы не можем гарантировать успешного хода операции. Погубим больного Журавина.

– Тогда я еще раз спрошу вас. Если обе пункции пройдут успешно, что будем делать с… со вторым?

– На этот вопрос я не могу вам ответить. Скажу только, что без клонирования мы Журавина не вылечим…

ЗАВТРА

– Двенадцать в квадрате?

– Сто сорок четыре.

– Как звали вашу мать?

– …Не помню…

– В каком городе вы живете?

– …Не помню…

– Ваш любимый писатель?

– Гоголь… Булгаков…

– Композитор?

– Бетховен.

– Сколько вам лет?

– …Не помню…

– Спасибо, голубчик. На сегодня хватит. Отдыхайте.

* * *

– С сожалением вынужден констатировать, коллеги, что при введении канюли была случайно разрушена область…

– Я хочу уточнить. Это, строго говоря, не случайно. Искусственный человек был выращен специально для того, чтобы такой случайности не произошло при оперировании настоящего… настоящего человека. И то, что больной Журавин – на пути к выздоровлению, целиком заслуга этого метода…

– Вот именно! Важен результат. Мы имели умирающего больного Журавина. А теперь мы имеем выздоравливающего больного Журавина…