- Весь путь от Земли до кометы прошел точно по графику. Он считал, что корабль должен был приблизиться и цричалиться, если можно так сказать, к передней части ядра, чтобы избежать встречи от частиц и газообразных потоков шлейфа кометы. Одиноков с большим умением сделал последний маневр. Включение тормозной системы, подход и присоединение корабля к комете было сделано мастерски, без малейшего удара. На экране уже была видна небольшая площадь ядра кометы, освещенная палящими лучами нашего светила. Как будто на огромный айсберг вступил Одиноков. Так он определил в своем репортаже выход из корабля.

Невесомость была как в корабле, так и на комете. Незначиг тельная ее масса не превышала в радиусе и километра, и ядро было почти лишено гравитации.

Одиноков во всем был точен. Все его действия, отработанные месяцами на Земле, были привычными. Первое, что нужно было сделать, это забить в ледяной покров кометы костыли и закрепить корабль, словно катер к огромной льдине. Затем он включил автоматическую систему связи, захватив с собой реактивный ранец и отключившись от фала, связывающего его с кораблем, стал обследовать это уникальное космическое чудо.

Его репортаж с ядра кометы был поистине сказочным. Объясняя, что собой представляет шлейф кометы, он все время добавлял: "Я прав, я прав... Я нахожусь не только в облаке испаряющихся частиц, я стою на пороге вулкана! кричал он восторженно.Частицы газа и пыли вырываются словно из огромного жерла - реактивного снаряда. Я прав, я прав! - кричал он.- Комета имеет свой естественный "реактивный двигатель"!" Он ходил по ядру кометы, а вернее, плавал, еле-еле прикасаясь к ней ногами, и только реактивный ранец давал ему возможность находиться в прикосновении с поверхностью ядра кометы.

Многие часы провел он, изучая ее состав, собирая образцы.

Горячие лучи солнца расплавляли ледяной покров, все более увеличивая кому и шлейф кометы. И вот настал тот момент, когда комета приблизилась к перигелию. Огненные лучи растопляли переднюю кромку ядра.