Вполне приемлемо. Вольдемар протянул монету сборщику и оказался внутри, где было довольно тепло и сухо. Что еще нужно бродяге? Конечно, поесть, но с пустым желудком приходилось мириться, да и запах в помещении не из самых приятных. Выбрав место около трубы, уходившей в бетонную стену, Вольдемар расстелил свой плащ, блаженно вытянул ноги и, постаравшись забыть про урчащий живот, провалился в сон. Задержаться в ночлежке он планировал часов до семи или восьми, в зависимости от распорядка местной публики. После восьми, улицы столичного города заполнялись толпами спешащих на работу горожан. Дескин рассчитывал смешаться с этой толпой, проскочить до окраины, а там уже и спасительный лес недалеко. Однако, сбыться этим расчетом было не суждено. Около трех часов ночи обитателей вентиляционной разбудил истошный вопль.

— Облава!

Вольдемар моментально перешел от сна к бодрствованию и еще успел увидеть, как выскочил наружу амбал, собиравший плату за ночлег. За ним мелькнула еще пара теней, и все. Яркий, ослепляющий свет ударил в открытый дверной проем, а следом загремел усиленный динамиком голос.

— Сопротивление бесполезно! Выходить по одному!

Когда голос закончил первую фразу удостоверение личности и карта памяти были засунуты в щель между трубой и стеной. В положении Вольдемара лучше не иметь никаких документов, чем иметь такие. Как говорил связной, патруль обмануть они еще могут, но серьезной проверки, а в полиции их обязательно проверят, не выдержат. К концу второй фразы щель была заткнута грязной тряпкой и замазана собранной тут же пылью. Теперь вряд ли кому-либо захочется проявить любопытство к этой щели. Некоторые обитатели этого привокзального дна попытались найти другой выход, но их остановил пожилой, судя по голосу, мужик.

— Не гоношитесь, сявки, нет отсюда другого выхода. Влипли.

Голос снаружи проявил нетерпение.

— Кому сказано? Выходить по одному! Или вас газком простимулировать?

Нюхать газ, видимо слезоточивый, никому не хотелось и бродяги по одному, как и приказывал невидимый полицай, потянулись к выходу.