Желудок Скираты сжался; он ошеломленно сел. Эти дети впитывали знания как губка.

"Я посчитал при них только раз. Только раз!"

Способность запоминать у них была идеальной и абсолютной. Он решил поосторожнее выбирать слова, которые будет им говорить.

– Умно, – сказал он. – Вы – особые дети, ясно?

– Орун Ва сказал, что нас нельзя измерить, – сообщил Мереель, совсем без гордости; он сидел на краю кушетки, болтая ногами, как нормальный четырехлетка. Может, они и были похожи, но вот их характеры казались различными и… очевидными. Скирата не понимал, как он это определил, но теперь он смотрел и видел, что они отличаются – небольшими деталями выражения лиц, жестов, движений бровей и даже тоном голоса. Внешность – это еще не все.

– Хочешь сказать, что вас оценили выше, чем он может посчитать?

Мереель серьезно кивнул.

Гром потряс город на платформе; Скирата почувствовал его, даже не слыша звука. Мереель вновь подобрал ноги и немедленно прижался к своим братьям.

Нет, Скирате не нужны были хут'уунловые каминоане, дабы понять – дети необычные. Они могли работать с бластером, усваивали все, что он им говорил, и понимали намерения каминоан слишком хорошо; неудивительно, что эта айвхова сыть их боялась.

И они станут действительно потрясающими солдатами – если смогут следовать некоторым приказам. Он над этим поработает.

– Еще уджа хотите? – спросли он.

Они все с энтузиазмом одновременно кивнули. Какое облегчение. По крайней мере, он немного отдохнет от их неослабевающего тихого внимания.

Они ели, все еще как маленькие взрослые. Ни болтовни, ни возбуждения.

И они вздрагивали при каждой вспышке молнии.

– Боитесь? – спросил Скирата.

– Да, Кэл, – ответил Ордо. – Это неверно?

– Нет, сынок. Совсем не так, – сейчас можно было их учить, как и любых других. Никакой урок для них даром не пройдет. – Бояться – нормально. Так тело готовится к самозащите; надо учиться это использовать, и не давать страху использовать себя. Поняли это?