— Ты хорошо выглядишь, Блеск, — сказала Джубилант.

Мать на мгновение нахмурилась.

— Я теперь Дороти, дорогая. Я взяла себе другое имя, когда мы сюда перебрались. На Меркурии пользуются Старыми Земными именами.

— Прости, я забыла. Моя мать обычно называла тебя Блеск, когда говорила о тебе. До того, как она, то есть, то того, как я…

Наступило неловкое молчание. Я почуял, что от меня что-то скрывают, и навострил уши. Я очень надеялся, что смогу кое-что узнать от Джубилант, то, что Дороти мне никогда не говорила, сколько бы я ее ни упрашивал. Теперь я хотя бы знаю, с какого места надо начинать трясти Джубилант.

Тогда меня приводил в отчаяние факт, что я так мало знаю о тайне того, почему меня привезли расти на Меркурий, а не оставили на Луне, и почему у меня сестра-клон. Близнецы-клоны — явление достаточно редкое, так что я с неизбежностью заинтересовался тем, как это удалось сделать. Это не было проявлением социальной слабости, вроде детской ревности или чего-то такого же неприличного. Но я рано научился не говорить об этом своим друзьям. Им захотелось бы узнать, как это случилось, как моей матери удалось обойти законы, запрещающие такое нечестное преимущество. Один взрослый — один ребенок; вот первый моральный урок, который все усваивают еще раньше, чем «не убий». Мать не сидела в тюрьме, значит, все было проделано законно. Но как? И почему? Она не скажет, но может, это сделает Джубилант?

Обед был съеден в напряженной тишине, нарушаемой робкими попытками начать разговор. Джубилант страдала от смены обстановки и нервного потрясения. Я мог ее понять, глядя вокруг ее глазами. Лунатики, извините, лунариане, всю свою жизнь проводят в глубоких подземных помещениях и привыкли к необходимости окружать себя твердыми вещественными стенами. Они редко выходят наружу. Когда это случается, они опять-таки облачаются в кокон из стали и пластика, который ощущают вокруг себя, и выглядывают из него через окошко. Она чувствовала себя выставленной напоказ и беззащитной, и пыталась храбро это перенести. находясь внутри дома из силового пузыря, вы можете в равным успехом считать, что сидите на платформе под пылающим солнцем. Изнутри пузырь не виден.