Скидуп молитвенно сложил руки.

- Ну, будь добр, успокойся. Спрячь зубки. Ты хоть знаешь, что такое душа?

Хирт снова замотал головой.

- Это всего лишь твое воображение, и ничего больше. Представляю: наболтали тебе того, сего, душа, мол, жизненные силы и все такое прочее. А ведь любому дураку ясно, что это просто твое воображение.

- Всего-то?

- Всего-то, папаша. Давай-ка посмотрим фактам в лицо, хотя наши Адские Профсоюзы и не одобряют такие методы. Сам я от твоего вызова ничего не получу. Мне кажется, если говорить честно, с воображением у тебя не густо.

- Значит, больше ничего?

- Больше ничего.

- Честное слово?

- Чтоб мне провалиться!

- О'кей, договорились. Но не мог бы ты еще раз...

- Ладно, повторяю от начала до конца. Я наделяю тебя способностью неограниченно много есть до тех пор, пока ты жив, и, если они тебя не убьют, то в конечном результате ты обретаешь бессмертие. В обмен за все это я забираю твое воображение.

- А где ручка, чтобы подписать бумагу? - обеспокоенно спросил Хирт.

- Бумага? Ручка? Ах, дружок, эти современные сказочники только и способны, что эксплуатировать легенды. Мы сделаем это кровью: добрый, старый, испытанный метод. Никаких контрактов, простое смешивание гемоглобина, дружок.

Хирт был удивлен.

- Кстати, какая у тебя группа? Тогда я буду знать, не заскочить ли к нотариусу, чтобы заверить лишние кровяные шарики, а то еще придерется ОКБ - Общественная Кровяная Бухгалтерия.

Хирт повспоминал, затем сказал:

- У меня группа "ноль".

- Порядочек, - пропел Скидуп.

Он царапнул себя по запястью. Потекла кровь. Он вытянул острый коготь к Хирту и нанес осужденному ранку на предплечье. Они смешали свою кровь.

- Готово!

Скидуп хихикнул, обеими руками схватил воображение, небрежно свернул его и исчез со сцены.

Максим Хирт сидел на табуретке и знал, что все будет хорошо, все его неприятности позади.