Ко мне вернулся Касио:
– Прикинь, Джинко разрешил мне сесть за мегабасы!
От пива я расслабился, даже почти забыл про свои проблемы.
– Козырно, чувак. Глотни-ка живчика – бабульки-то твои.
Касио сел рядом, и мы с ним побазарили, точно в старые добрые времена, когда мы – сопляки, школьники – трескали свои порцайки мнемотропинов, как хорошие маленькие нарики.
– А помнишь, кто-то в учительской столовке подлил в компот «мартышку-шалунишку»?
– Ага. Столько преподов резвились, ну точно базобезьяны в брачный сезон – умирать буду, вспомню. Миссис Спенсер, та вообще к потолочным балкам прыгала…
– Эх, молодость, молодость!
– Дез, а я ведь моложе, чем ты. Мне тогда было одиннадцать, тебе – двенадцать.
– Да, Касио, но те дни уже стерты. Мы теперь взрослые, и у нас большие взрослые проблемы.
И стоило изречь эту мудрую сентенцию, как все проблемы снова на меня нахлынули, словно океанские волны на измененный Лос-Анджелесом калифорнийский берег.
Касио мне сочувствовал, это было видно, но вряд ли мог чем-нибудь пособить. Поэтому встал и сказал:
– Ладно, Дез, пойду-ка я поиграю.
Он отошел на несколько шагов, а затем скакнул обратно, будто его задницу и столик соединяла резинка. Впрочем, вовсе даже и не будто.
– Постой-ка миллисекундочку, – сказал я. – Жилетка твоя со стенкой спарилась. – Я вынул карманный лазик и перерезал отросшую от стены псевдоподию.
– Спасибо, чувак, – поблагодарил Касио и отчалил.
А я остался сосать пивчик-живчик и ждать, когда подготовится «Не врозь». И вот наконец шлейфы размотаны, проверены мегабасы и другие инструменты, все лабухи переоделись в хитовые костюмы, и грянула оригинальная композиция «Эфферентная Элли».
Через сорок пять минут и еще два пива, с похвальной чуткостью заказанного для благодарного друга оркестра, я вышел на оптимальный даунлинк с Касио и чуваками из «Не врозь». Чувствовал, как пузырится во мне музыка, точно какой-нибудь звуковой троп. Я постукивал ногой, покачивал-потряхивал головой, будто в спазмах, будто на нервах вдруг миелин растворился; до того заторчал, что даже не заметил, как меня окружила шайка Турбо.