Он решил, что, по логике вещей, ответ на этот вопрос должен быть утвердительным, но все никак не мог представить. Однако, в письмах и Лео, и Артура упоминалось международное магическое сотрудничество. Если же вспомнить историю средневековой Италии, то здесь вроде бы сожгли столько ведьм, сколько нигде в мире. То обстоятельство, что сам он никогда не сталкивался здесь ни с кем, похожим на мага, имело целых два объяснения. Прежде всего, закон предписывал магам ни при каких условиях не обнаруживать себя. Во–вторых, из всего многочисленного населения этой прекрасной гостеприимной страны он был знаком только с несколькими жителями одной–единственной деревни. Осознав это, Рики задумался, насколько сильно итальянские, а затем и другие маги будут отличаться от британских. Воображение разыгрались, и он буквально был поставлен перед фактом, что они приехали.

Как всегда, их бурно приветствовали несколько бабушек, тетки и кузины. Просторный, старомодного стиля трехэтажный дом остался точно таким, как помнил его Рики с прошлого лета. На самом деле он был сравнительно новым, потому что Диего Макарони заказал его для матери около 15 лет назад. Бабушка Рики жила здесь с сестрой, ее мужем, племянницей с мужем и двумя дочками – разведенной и замужней с детьми, муж которой пропадал на заработках. Пит считал, что совместной жизни с такой толпой долго бы не выдержал. Ко всему прочему, они оказались не единственными гостями – недавно приехала тетя Мария, единственная из сестер бабули, которая жила и работала в городе.

Весь день Рики было не до воспоминаний о магии и директорской заботе – приходили другие тетушки из шести домов на этой же улице, с тем чтобы поздороваться. Потом вернулись с работы мужчины. Рики и Пита, и даже родителей весь день пичкали разными вкусностями. Когда он поздно вечером поднялся в спальню, которую они с братом обычно занимали, чудесный летний вечер наполнил воздух запахом свежей травы, от которого кружилась голова и клонило в сон. Пит, по праву старшего, первым отправился в ванную. Рики, пока дожидался своей очереди, вспомнил внезапно нечто важное, о чем и думать забыл по возвращении домой.