Рики воспитывался в творческой семье и был очень эрудированным мальчиком. Перед его мысленным взором воочию предстало значение такой символики: книга и метла – духовность и сила, или скорость, идеальный и проявленный пласты существования Клуба, в разной степени присущие его членам.

— Метла? – удивилась Анхелика. – Прости, а что в этом Ральфе такого, чтоб он, бедняга, ассоциировался с метлой?

Рики чуть не подавился от смеха, поняв направление мыслей кузины. Она никогда не была ведьмой, и ценность метлы в ее понимании ограничивалась уборкой. Между тем для Ральфа сложно было придумать символ более подходящий, ибо на этом странном атрибуте волшебники играли в квиддич – самый популярный вид спорта, который Ральф не только любил, но и отлично играл как отбивающий. Впрочем, хорошим игроком был и Эди, только как охотник, и метла годилась последнему еще — тут Рики согнулся от смеха – за любовь к нотациям, но ему опять же полагался общий кулон, который Рики еще не придумал.

Пришлось врать, что Ральф любит уборку и очень чистоплотный. Анхелика покачала головой и сказала, что если б ее олицетворили с метлой, она бы обиделась. Но заказ обещала выполнить.

Остался седьмой кусочек. Он не имел ничего общего с другими и был меньше, и более правильной формы – из почти ровного овала слегка выдавался острый угол. Пит и Анхелика разошлись во мнениях относительно того, как надлежит с ним поступить.

— Оставь, — отмахнулся брат.

— Забери с собой, — настаивала кузина. – Потом ты узнаешь, зачем он тебе нужен.

Иррациональное чувство важности происходящего не покидало его, потому Рики в итоге выбрал второе.

Чтобы не пугать бабушку, весь урожай Анхелики унесли и разложили в старой беседке, куда строго запрещалось ходить маленьким детям ввиду ее чрезвычайной ветхости. Здесь же Анхелика собиралась устроить себе мастерскую, что не очень нравилось Рики и Питу, привыкшим отдыхать в беседке от компании родственников и обсуждать секретные вопросы вроде учебы Рики.