– Думаю, порядок.

4-ЛОМ едва заметно кивнул; как многие дроиды и не-люди он перенял для удобства общения человеческие привычки.

– Тогда начинай.

Почему всегда я? Ганд отодвинул стул и поднялся. Он обиделся на судьбу; какого бы напарника она ему ни подсовывала, грязная работа доставалась неизменно Зукуссу.

– Извините, пожалуйста… ой, простите… не пихайся, ты!

Толпа вокруг Драумаса Сма'Ды загустела. Пересекая зал, ганд толкался и протискивался сквозь заслон из потных тел; в ушных отверстиях звенели смех и громкие восклицания.

– Прошу прощения… приношу извинения… у меня весточка для достопочтенного Сма'Ды…

К счастью, красный мигающий индикатор был надежно спрятан. Два-три решительных удара локтями под дых разным существам расчистили дорогу к столу, Зукусс неуклюже изобразил поклон, а выпрямившись, сообразил, что смотрит прямо в лоснящееся, широкое лицо игрока, нависшего над подносами, блюдами и тарелками с разнообразной едой.

– Какое еще сообщение?

А еще Драумас Сма'Да был известен тем, что слышал каждый отдельный голос в толпе.

– Как любопытно, я не жду никаких посланий, а в эти часы и подавно не занимаюсь делами, – игрок расплылся в улыбке, глаза утонули в многочисленных складочках кожи. – Но, – продолжал Драумас, взмахнув испачканной в жире рукой, – я любопытен и выслушаю тебя… может быть. Если сообщение действительно шибко важное.

На шутку его слова едва ли тянули, но прихлебатели заулыбались, кто-то оглушительно захохотал.

– Вам судить, – Зукусс взглянул прямо в заплывшие глазки Драумаса. – Информация получена с Сул-луста.

Широкая ухмылка Сма'Ды таковой и осталась, а вот глаза заблестели от жадности, хотя этот блеск почему-то напоминал о дюрастиле.

– Суллуст? Нет, не припоминаю, – игрок склонил голову к плечу, насколько это было для него возможно. – Кто такой этот Суллуст?