— В моей ситуации вы бы сделали тоже самое, — Сказал Кен и двинул сумки прямо к крупье. Тот сразу же начал изливаться потом. Это не было связанно с баснословной суммой денег в сумках. Ему говорили, что такие обычно здесь ничего не выигрывают. Это связанно с тем, что это одно из тех заведений, в которых игрок не может выиграть ни гроша, так как под столом у крупье всегда есть кнопка, спасающая казино от проигрыша.

Крупье смотрел на руки Кена. На каждом из них не хватало по одному пальцу, а сами они были изуродованы шрамами неизвестно чем нанесенными. Кен заметил прикованный взгляд крупье. Он сразу же убрал руки под стол. Он не хотел никому их показывать.

Если задуматься, то можно предположить, что из-за частых выигрышей за ним могли отправить громил, чтобы те вернули деньги назад казино. По сути, так и бывало, но эти громилы с ним такое не могли сделать. Они уже ни с кем ничего не смогут сделать. Она достала их раньше, чем они его. А все шрамы и отрезанные пальцы на руках были наказанием за непослушание. Когда он не хотел играть, Она его наказывала.

— Так я могу сыграть или вы и дальше будете меня разглядывать? — злостно сказал Кен крупье.

— Эгхх… Извините сэр. Конечно, сэр, вы можете играть. На что будете ставить? — продолжая изливаться потом, спрашивал крупье.

— На двадцать одно красное, пожалуйста.

Крупье положил сумки под стол. Пара влюблённых голубков сидевших слева от Кена перестала обращать на него внимание и продолжила целоваться.

— Я ставлю всё на семнадцать чёрное, — сказал техасец, двигая все свои фишки по направлению к этой цифре. Затем он добавил, обращаясь к Кену, — Посмотрим, может мне повезёт, как и вам, — он захохотал. От хохота его живот начал забавно трястись. Всё это придавала ему сходство с ненароком включённой бетономешалкой.

— Ставки сделаны. Больше ставок не принимаем. — сказал крупье уже более спокойно, видимо от смеха техасца он обо всём забыл. Хотя его руки всё равно не переставая, тряслись.