Так и вышло. Попытавшись сесть на хвост «девятке», Саша поняла, что слежка – дело опасное.

– Судя по направлению, объект движется к собственному дому, – сообщила Саша диктофону и позволила себе немного отстать.

Когда же подъехала к новенькой кирпичной пятиэтажке, то машины Виктории не увидела. Остановившись неподалеку, доморощенная сыщица попыталась сообразить, где находятся нужные ей окна, как вдруг из подъезда быстро вышла Виктория под руку с мужчиной. Саша сразу узнала Вадима Анисимова, с которым, надо признаться, у нее были связаны не слишком приятные воспоминания. Саша хорошо помнила, что за своими тонкими черными усами этот тип ухаживал с гораздо большим усердием, чем за женщинами.

Остановившись возле подъезда, сводные брат и сестра начали что-то бурно обсуждать, оглядываясь по сторонам и размахивая руками. Саша даже открыла окно, чтобы подслушать, но так ничего и не поняла. Потом Виктория закрыла лицо руками и некоторое время раскачивалась туда-сюда, словно у нее разболелся зуб. Но вот Вадим вручил Виктории ключи от своей машины, и через минуту та тронулась с места на его бежевых «Жигулях».

– Семнадцать часов десять минут, – сказала Саша, нажимая на клавишу. – Объект переоделся. Теперь на нем... на ней... короткая вельветовая юбка болотного цвета и белый трикотажный топ. Туфли на высокой танкетке. Выглядит очень сексуально.

Проезжая мимо пешего Вадима, Саша вжалась в сиденье: ей не хотелось, чтобы он ее узнал. Теперь Викторию нельзя было терять из виду. Саша понятия не имела, где та может провести вечер. Кстати, почему она взяла машину Вадима и куда дела свою?

Возле девятиэтажки в районе «Полежаевской» Виктория ударила по тормозам. Заперла машину, поглядела вверх и, заметив мужчину в окне второго этажа, быстро помахала ему рукой. Саша тоже остановилась и тоже поглядела на мужчину. Но, кроме того, что он коротко стрижен и довольно упитан, ничего больше не разобрала. Мужчина отошел от окна. Видимо, отправился открывать дверь. Саша отогнала свой автомобиль под деревья, чтобы не слишком светиться, и, достав бинокль, приникла к окулярам. Вполне возможно, ей удастся что-нибудь увидеть, поскольку занавески широко раздвинуты. – Семнадцать часов тридцать пять минут, – продолжила Саша запись. – Объект зашел в подъезд.