– Все, сдаюсь, сдаюсь! – Ник вскинул руки в шутливом жесте капитуляции. – Женская солидарность – оружие пострашнее атомной бомбы…

– То-то же… все вы, мужики, такие. – Юлечка, однако, уже сменила гнев на милость. – Да! Я, собственно, почему к тебе заскочила… Раз уж ты все равно здесь остаешься, не забывай посматривать на факс, вдруг придет что-нибудь важное. Договорились?

– Договорились.

– Так, что еще?… Кофе в кофеварке есть… Бумагу в факс только вчера зарядили… Ну, вроде, ничего не забыла.

– Беги уже, а то в кино опоздаете… Как-нибудь сами справимся, не маленькие.

– А ты потом покажешь то, что нарисуешь? – неожиданно спросила Юлечка, пряча помаду и зеркальце.

– Покажу, покажу… – Ник усмехнулся. – Ты же у меня самый строгий критик. Ладно, желаю отдохнуть как следует. Привет Жеке передавай.

– Передам. Увидимся в понедельник!

Взмахнув рукой, Юлечка выпорхнула из комнаты. Провожая ее взглядом, Нику вдруг подумалось, что она похожа на синичку – такая же миниатюрная, бойкая и веселая…

А Сана?

Сана – кошка. Не полосатая хищница, а маленькая домашняя кошечка, ласковая и пушистая…

Рекламное агентство «Парус» арендовало перестроенную под офис коммуналку в старом доме по улице Тургенева, с длинным-предлинным коридором. По пути к кабинету шефа Ник заглянул в приоткрытую дверь соседней комнаты, где Стас с Вадиком колдовали над каким-то видеороликом. Они были так заняты, что его даже не заметили.

Из кабинета шефа через дверь доносилось приглушенное бормотание радиоприемника. Хвала аллаху, шеф еще не уехал… Ник постучался.

– Входите! – отозвался энергичный голос.

Шеф, похоже, уже собирался домой. Стоя в плаще возле стола, он торопливо перебирал какие-то бумаги и укладывал в кейс.

– А, это вы, Никита. Что вы хотели?