— О'Брайен сказал то, О'Брайен сказал это, — зло оборвал его Ротуэлл. — Вы верите всему, что он говорит. Почему? — Он подался на стуле вперед. — Не собираетесь ли и вы тоже купить новую машину, если вынесение вердикта будет блокировано?

Уатсон побледнел.

— Послушайте, я не потерплю, чтобы со мной так разговаривали. Я требую извинений!

Миротворец Вэттер поднял руку.

— Я думаю, мы все устали и проголодались. Что, если нам устроить перерыв?

Мы послали за кофе и бутербродами.

Вэттер, Ротуэлл и я сели со своими чашками кофе за одним концом длинного стола.

Ротуэлл ел без всякого аппетита.

— Предположим, что дело кончится, как и первый процесс?

— Будем надеяться, что нет, — вздохнул Вэттер.

Ротуэлл свирепо взглянул на Уатсона, который ел в одиночестве.

— Он не сделает такой глупости, чтобы сразу купить машину. Он спрячет деньги до тех пор, пока не будет безопасно их тратить.

— Давайте не будем делать поспешные выводы, — остановил его Вэттер. — Может быть, он искренне верит, что вина О'Брайена не доказана.

Это был уже второй суд над О'Брайеном за убийство Мэтта Тайсона. Первый процесс кончился блокированием жюри. Одиннадцать за обвинение, один за оправдание.

Спустя три дня после роспуска прежнего жюри тот присяжный заседатель, который настаивал на оправдании, купил новый автомобиль. Это было замечено его соседями и не ускользнуло от внимания властей. Было также установлено, что за день до этого на его счет в банке поступило пять тысяч долларов.

Сейчас ему предъявлено обвинение, и, хотя он ни в чем не признался, очевидно, что О'Брайен сумел подкупить его.

Мы подождали, пока секретарь суда убрал чашки и тарелки, и вновь заняли свои места за столом.

— Мистер Уатсон, правосудие осуществляет свою миссию особым образом, — начал Вэттер.

— Да?

Вэттер кивнул.

— Вы читали о рэкетирах, которых отправляют в тюрьму?