- Так не хочешь перевести? - словно походя поинтересовался он.

- Нет!

Кажется, я слишком повысил тон. Его взгляд стал удивленным, и я почувствовал, как мои щеки начинают гореть.

- Ты же знаешь, что модулятор всесилен, - просительно проговорил я. Он может излечить любого. Нужно только найти характеристику модуляции для твоего организма.

- Одну-единственную? - заговорщицки подмигнул он.

- Точно.

- Среди скольких?

Я понял, что попал в ловушку. В медицинской карточке Андрея была электрическая карта его организма. Я мог вычислить по ней серию и тип модуляции: мощность поля и примерную частоту импульсов. Но карточка составлялась девять лет назад. Тогда модуляторов еще не было. И я не знал главного - номера модуляции, а он определял, как расположить импульсы во времени, с какими интервалами подавать их. Поэт бы выразился наиболее точно: я не знал ритма. И компьютер - мозг модулятора - пока не сумел определить искомой комбинации...

- Компьютер работает все время, - пробормотал я. - Раньше или позже, но мы найдем...

- А сколько у нас времени?

Противоестественная ситуация. Больной доказывал врачу безнадежность положения. Но от этого больного можно ожидать всего... Неужели он всерьез хочет, чтобы я передал его Астахову?

Я взглянул на часы. Андрей отдыхал десять минут. Можно сменить программу.

Он заметил, как дрогнула чашечка микрофона, и поспешно сказал:

- Ты опять погрузишь меня в электромагнитные кошмары?

- Потерпи, - сказал я как можно ласковей.

- А что я болтаю в бреду?

Я заглянул в его глаза. За долгие годы медицинской практики я научился отыскивать страх в глазах самых мужественных больных. Но в его глазах не было ничего, кроме любопытства.