Немного дальше, за оградой, они свернули на дорогу, ведущую к автомобильной стоянке. Там были только две машины: черный «тандерберд» и белый английский «МД». Приятного вида девушка в юбке с оборками и шапочке с козырьком появилась перед ними, когда они вышли из машины.

Фаустаф взглянул на девушку: рядом с ним она казалась совсем маленькой. Он сунул в карман солнечные очки и вытер лоб желтым носовым платком.

— Есть номера?

— Конечно, — улыбнулась девушка, быстро взглянув на Нэнси. — Сколько нужно?

— Один двойной или два одинарных, — сказал профессор. — Не имеет значения.

— Не уверена, что у нас найдется кровать персонально для вас…

— Я сожмусь в маленького, — засмеялся Фаустаф. — Об этом не беспокойтесь. Но у меня имеются кое-какие дорогие вещи в машине. Если я ее запру, они будут в достаточной безопасности?

— Единственные воры в этих местах — койоты, — улыбнулась она. — Им придется научиться управлять автомобилем, когда обнаружат, что машины — это единственное, что можно воровать.

— Неважные дела?

— Разве они бывают хорошими?

— Отсюда и до Фриско есть еще несколько мотелей, — сказала Нэнси, беря Фаустафа под руку. — Как же они существуют?

— В основном, за счет правительственных субсидий, — ответила девушка. — Правительство владеет заправочными станциями и мотелями Великой Американской Долины. А как же иначе попасть в Лос-Анджелес?

— Самолетом, — предположила Нэнси.

— Я так и думала, что вы это скажете, — сказала девушка. — Но шоссе и мотели были здесь еще до авиалиний. Кроме того, некоторые предпочитают пересекать Равнину на автомобиле.

Фаустаф вернулся к машине и включил контрольное поле. Раздалось жужжание, когда оно расширилось до размеров автомобиля. Он запер дверцы, открыл багажник, выключил часть оборудования и снова закрыл его. А затем он обнял Нэнси и сказал:

— Хорошо, пойдем немного подкрепимся.