— Сорок минут осталось. Пешком ни за что не успеть! 

— А тележка? 

— По такой-то грязи? Посмотри, у нее и так колеса еле вертятся, подталкивать надо.

Игорь схватил его за плечо. 

— Слу-ушай, Олег! А если без колес попробовать? Ну, в режиме амфибии, а? 

— Не получится. — Олег с сожалением покачал головой. — У нее грузоподъемность всего сто кэгэ, а нас пятеро. Это верных триста килограммов, в скафандрах-то.

Игорь неожиданно хихикнул.

Олег удивленно и недоверчиво уставился на него, пытаясь рассмотреть в дырочку выражение его лица. Уж не над ним ли смеется, после вчерашнего промаха на занятиях? 

— Ты чего? Думаешь, неверно подсчитал? Если я вчера случайно ошибся, так и теперь, да? 

— Да нет, Олежка. Это я про амфибию! Теперь у нее не водо, а грязеизмещение! Слушай, ведь грязь, она же тяжелее, чем вода? Если раз в пять, или хотя бы в три, то поднимет, а? Может, попробуем все-таки на амфибии? Открутим колеса!

Минут через пять они уже резали носом амфибии густую черную грязь, крепко держа друг друга за плечи. Грязь беззвучно расступалась перед ними, чтобы так же мгновенно сомкнуться позади. Волн не было, поэтому движение казалось неторопливым. Зато резкие потоки воздуха посрывали с обзорных стекол отчаянно цепляющиеся за них смоляные шарики. Да и база была уже рядом, поднималась из-за черного болота. Амфибия сделала широкий и плавный вираж для захода в эллинг. 

— Не получается, — протянул Игорь задумчиво. 

— Что — «не получается»? 

— Да не может она нас держать, амфибия. Я спросил у ребят, они, оказывается, перед выходом удельный вес этой грязи определили. Ровно один и восемь. Троих амфибия еще бы подняла, но не больше. Я сейчас только сообразил. Нет, не может этого быть. 

— Но мы же плывем? — улыбнулся Олег.