- А ну брысь! - заорал он, еле сдерживаясь, чтоб не накинуться на чудище с кулаками. - И чтоб духу твоего не было, бры-ысь!!!

Гора разразилась испуганным писком и ринулась в чащу, круша все на своем пути. Позади нее оставалась довольно-таки широкая, для двух планетоходов, просека.

Упырь стоял на краю тропы и грозил вслед горе пальцем.

Славка хохотал еще долго. И смех этот был нервный, злой. Когда же остановился, растирая глаза руками, дергая носом, то подумал - что же он, дурачина, наделал?! Ведь мог бы уже на станции быть! Он стал мысленно призывать услужливое чудище. Но все без толку - видно, то с перепугу забилось в такую даль, куда и телепатические сигналы, даже усиленные, не доходили.

Славка в изнеможении рухнул на землю. От комбинезона противно воняло, местами он был мокрый. Упырь сочувственно качал головой, но держался подальше.

И все-таки надо было идти. Еще минут двадцать, от силы полчаса, и его примутся разыскивать. А тогда позор на весь белый свет! Как он покажется перед друзьями, с какими глазами?! Нет, надо было или сразу "сдаваться", попросту говоря, ждать, когда тебя подберут, или уж выбираться самому.

Чтобы избавиться от вони, он перевалился несколько раз по тропе, собирая на влажные места комбинезона песок, потом встал, долго отряхивался. Но остался доволен - вид был вполне приличный, не скажешь, что в чреве мерзкой твари побывал. Проверил пищалок. Те были на месте, в карманах.

- Ну что, Пятница, потопали?! - предложил он упырю и подмигнул ему.

Упырь ответил утвердительным многократным миганием.

Все! Хватит приключений, решил Славка, прямиком на станцию! И тут же свернул с тропы на просеку, оставленную живой горой. Взыграло любопытство.

Он прошел с десяток шагов, осторожно, словно на ощупь.