Коннорс замялся. Он не знал, что Плашеру уже все известно о его планах.

«Дьявол, а не человек, — выругался он про себя. — Откуда только ему все известно?»

— Разве не так? — Плашер сверлил его насквозь своим леденящим взглядом.

— Тебя не совсем правильно информировали…

— Неужели?

— Видишь ли… То есть, твои цены действительно очень высоки…

— А как же наш договор?

— Устный договор, — тут же поправил его Коннорс. — И потом, я ведь не рассчитывал, что ты будешь поднимать цену.

— Я благотворительностью не занимаюсь.

На улице началась перестрелка. Коннорс покосился в сторону окна. Лицо его задергалось. Он панически боялся стрельбы, а при виде полицейского его бросало в жар.

Плашер сохранял спокойствие. Казалось, вся эта переделка для него не более, чем детская игра.

— Ну так что же ты решил? — нетерпеливо спросил он и встал с кресла.

— Я думаю, на таких условиях мы с тобой не сработаемся, — неуверенно проговорил Коннорс.

— Мне очень жаль. Но я думаю, тебе стоит жалеть еще больше, — в голосе Плашера появились угрожающие нотки, но Коннорс не придал этому большого значения. Он был рад, что дело подходило к развязке, оставалась только одна важная деталь — задаток, который Плашер когда-то получил от него. Плашер всегда брал задатки.

— А как же мои деньги?

— Какие деньги?

— Задаток, который ты получил неделю назад. Сто тысяч долларов.

— Но ты ведь знаешь, что твой задаток пошел на приобретение наркотиков.

Коннорс от удивления широко раскрыл рот. Такого поворота он никак не ожидал.

— Черт побери! — закричал он. — Но мне не нужны твои наркотики!

— Как хочешь, — невозмутимо сказал Плашер, — я просто пытаюсь тебе объяснить, что сейчас у меня нет таких денег. Понимаешь? Нет таких денег.