— Так, с кого начнем? Кто у нас больше всех занят?

— Я, — тотчас вылез Гаст, — я тороплюсь…

— Куда?

— У меня на 10.30 свидание назначено. Я даже волосы причесал. Не смотрите на меня осуждающе, я их потом опять взлохмачу.

— Судя по твоим открытым заявлениям на TV, — расставив локти и тяжело глядя в упор, проговорил Туссен, — тебе незачем спешить…

— …к шефу безопаски, — ядовито прибавил Гаст, а Хиллари отстраненно подумал: «Вот, он и с Туссеном повздорил…»

— Достойный партнер, — кивнул Туссен. — Надо же когда-то начинать…

— Ты мне открыл глаза, — парировал Гаст, — а то я, по наивности, не понял, что ему от меня нужно.

— Мы уже достаточно проинформированы о твоих личных проблемах, — бумажным голосом вмешался Хиллари, — но, может быть, ты что-нибудь скажешь и о делах в исследовательском отделе?

Гаст энергично вскинул голову. Если у Хиллари и была по уходе Томсена мысль назначить Гаста шефом исследовательского отдела, то с ней пришлось быстро расстаться; Гаст от возложенной на него должности старшего системщика ничуть не пострадал — он так же не мылся, не стригся, одевался как попало, только приходить на работу стал не к 12.00, а к 09.30 — из чего Хиллари заключил, что злостное многолетнее нарушение графика было вызвано подсознательной ненавистью Гаста к Томсену, с которым Гаст не хотел видеться. Так ли, иначе ли, но Гаст остался сам собой, и Хиллари приходилось искать мало того что кибер-системщика, но еще и менеджера — а тем временем на совещания ходил Гаст.

— Я же говорил, — бодро понес Гаст, — что у нас плохо поставлена реклама и маркетинг ни к черту!

Хиллари еле сдержался, чтоб не шарахнуть Гаста ноутбуком по башке, чтобы тот сразу же упал под стол и не издал больше ни звука. У сотрудника по связям с общественностью Анталя Т.К. Дарваша, очень изысканно одетого молодого человека, округлились от обиды и глаза, и рот. Он потерял над собой контроль и в совершенном изумлении переводил взгляд с босса на Гаста.