Неживой, красновато-серый идол стоял, крепко расставив ноги-столбы с массивными ступнями; грубо слепленный выпуклый торс его дышал сокрушительной мощью; одна рука, слегка отставленная в сторону от туловища, как бы готовилась схватить что-то, другая стискивала на груди талисман с ивритским словом "жизнь", губы были сжаты решительно и безжалостно, а в глубоких глазницах играл огонь пожарища.

"Голем, искусственное существо, - гласила табличка у ног гиганта, - по историческим сведениям - простейший кибер на кремниевой основе. При создании использовались ранние энергоинформационные технологии эзотерического происхождения, ныне утерянные".

Ниже мелким шрифтом перечислялись, вероятно, функции и задачи существа. Но вид голема говорил о том, что еще шаг - и табличка сомнется под его весом. И витрина его не остановит. И он пройдет по стомиллионному Сэнтрал-Сити, оставляя за спиной огонь и крошево, чтобы сохранить дар раввина - волшебное слово "жизнь", открывшее глиняному изваянию глаза и уста.

Рукотворный слуга человека, он познал вкус жизни - и тому, кто хотел бы отнять это сокровище, лучше было посторониться с пути голема.

А может быть, он ощущал, что в Городе за окнами у него есть родня киборги Банш, восставшие против желания людей вновь подчинить их себе, решившие мстить за своих убитых? Сто против одного, что голема приняли бы в Банш с радостью.

Кукла с пером была против, но возражать не умела. Она бы предостерегла людей письмом: "Берегитесь! Киборги что-то замышляют!!", но перо ее могло только послушно выводить слова на никому не понятном языке.

А голем все стоял перед глазами угрожающим напоминанием, и робкая румяная кукла не могла даже отвернуться, чтобы не видеть близящейся беды.

Пролог

Началось воскресенье, 27 апреля 254 года; темное звездное небо царило над Городом - а на планете ТуаТоу, на курортном побережье так называемой Великой Сеньории (вряд ли можно точней перевести на линю слова Каоти-Манаалиу), было позднее утро.