— Нет, — вздохнул Семен. — Никак я не привыкну к нашему капитализму. Еще один вопрос можно? Если прибор сильно новый, то почему американцы продали его такой сомнительной стране, как наша? А если он изобретен давно, то почему я ничего не слышал о виртуальных прогулках в прошлое?

— Ну... понимаешь... — Юрка оказался настолько смущен, что в одиночку хлопнул стопарь и, кажется, даже не заметил этого. — Понимаешь, Сема... Тут как-то всё не очень... Мне ведь не всё рассказали... Получается, что прибор как бы совсем новый и аналогов не имеет, но куплен он как бы у частного лица. Я, честно говоря, подозреваю, что на родине на него просто не нашлось покупателей. Хотя, с другой стороны...

— А вот это уже интересно! — Приступ сонливости прошел, и Семен решил ковать железо, пока горячо. — Знаешь что? Доставай-ка еще один стакан и зови сюда своего американца — пытать буду! Давай-давай, зови — по вашему времени еще не поздно! А я пока колбасу порежу.

По-английски Семен говорил чуть лучше, чем Юрка, но быструю речь понимал плохо — практики почти не было. Приходилось всё время извиняться и переспрашивать, просить говорить медленно и употреблять простые фразы. Стивен Линк честно старался, но хватало его ненадолго, и он вновь начинал тараторить. В сильно сокращенном виде диалог выглядел примерно так:

Семен: Простите, каков уровень вашей компетентности?

Линк (с гордой усмешкой): Очень высокий. Я принимал непосредственное участие в разработке и монтаже установки.

Семен: Кто является автором этого... гм... изобретения?

Линк: Мы — маленькая частная фирма, но у нас большое будущее. Мы делаем приборы далекого поколения. Конкуренты нас не догонят.

Семен: Ну, разумеется! Юрий показал мне ваш прибор, но я ничего не понял. Скажите, почему у рабочей камеры такая сильная защита?

Линк (пожимая плечами): Для исключения помех, конечно. Это обычный бокс для приборов такого класса.