Джорджия услышала, как рядом с ней упала сетка от мух, потом кто-то вопросительно произнес:

— Джорджия Пэриш?

Высокая женщина с шапкой кудрявых волос, которые от влажности завились еще больше, взяла ее за правую руку.

— Боже мой, прошу прощения, — проговорила она, отдергивая руку, хотя у Джорджии болела левая ладонь. — Вы ранены. Меня зовут Индия Кейн.

Джорджия нахмурилась. Имя показалось ей знакомым.

— Из «Сидней морнинг геральд».

Джорджия в изумлении уставилась на нее. Индия Кейн была известна своими разоблачениями внутри страны и за ее пределами.

— Я подумала, что не имеет смысла скрываться. — Индия Кейн улыбнулась, и в глубине ее карих глаз вспыхнул добрый огонек. — Вы не любите журналистов?

Скорее из вежливости, чем искренне, Джорджия покачала головой.

— Я слышала о том, что произошло. О вашем самолете. О Бри Хатчисоне. — Репортерша поморщилась. — Господи! Ему здорово досталось.

В открытую дверь Джорджия смотрела на дождь и пыталась представить здоровяка Бри, шагающего к причалу, где стояла его яхта. Мимо проехал грузовик, и она не сводила с него глаз, пока он не скрылся за поворотом на Оушен-роуд. Прямо напротив двери две аборигенки в дешевых мешковатых платьях укрывались под одним зонтиком. Обе босые, с запачканными до колен ногами.

Индия вытащила из кармана брюк пачку «Мальборо» и предложила сигарету Джорджии. Та покачала головой, но не отвела взгляд от журналистки, которая подошла к двери и закурила.

— Вы живете тут?

Джорджия опять покачала головой. Глядя на моросящий дождь, Индия выдохнула за дверь струю дыма.

— Вас не околдовали наши северные джунгли?

— Я приехала из Сиднея, — с трудом проговорила Джорджия. — На похороны.

— Черт! Прошу прощения.