В тот момент, когда в тринадцатом НИИ где-то что-то куда-то почему-то поехало, Сидор Аполонович Птичкин выходил из здания НИИ. На выходе из здания находились, кроме огнемёта системы безопасности, двое вахтёров с лазерными винтовками. Пока огнемёт поливал напалмом вахтёров, рефлексы Сидора Аполоновича успели разобраться в ситуации, договориться с Сидором Аполоновичем о временной передаче управления телом и вынести таковое в кустарник при НИИ. К счастью для Сидора Апполоновича, в кустарнике рос драгоценный лимонник, который системе безопасности позволялось уничтожить только при непосредственной угрозе зданию НИИ. Отдышавшись, Сидор Апполонович посидел полчасика в кустиках, а затем, разглядев высадку десанта, вздохнул и пополз, сам того не зная, на позиции пятой роты.

По мере опустошения фляжки нытьё сменялось сонным бормотанием, и Сидор Апполонович завершил свой рассказ очередным падением в траву. Скавчук, мрачневший от каждого усвоенного байта, махнул на него рукой и рыкнул:

– Климов, уволоки его ко мне в бункер. Проспится – будет, за невозможностью иметь другого, экспертом по объекту.

Двое телохранителей вылезли из отрытых за время рассказа окопчиков, и схватив Сидора Апполоновича за руки, поволокли его в сторону КП. Скавчук спрыгнул в освободившийся окоп, достал мобильный и набрал номер минобра.

– Товарищ первый, докладывает второй. Оцепил. Из объекта выполз один из работников и доложил мне ситуацию. Проведение штурма своими силами считаю невозможным. Прошу подкреплений и присутствия куратора для информацаонно-анальтической поддержки боевого духа моего штаба.

– Уточню задачу. Не выпускать никого из зоны оцепления. К объекту счас перебрасывается наша штурмовая группа. Штурмовать будут они. Куратор вылетел встречать группы из своих коробок… Ты там с куратором поосторожней, а то он сам тебе титьки намацает и поимеет. Всё… Нет, не всё. Матерь божья!!!…