– Я пойду, – с надеждой сказала Элиин.

– Нет, – отвечал Мааб. – На тебе есть ещё вина. Ты знаешь, каково наказание за неверность.

– Нет, нет! – женщина отпрянула в ужасе. – Я была верна! Не было никого…

– Есть доказательство, – тяжело сказал Мааб. – Киил видел всё, но не успел назвать имени того человека прежде, чем стрела этого капитана убила его. Пусть мой брат мёртв, но его честь – моя честь. Пусть свершится справедливость!

– Нет! Нет!

Элиин кинулась бежать. Макин молча расступались перед ней, расчищая ей путь к бегству. Затем в воздухе просвистел клугат. Она упала и осталась лежать без движения.

Мааб резко взглянул на Кирка.

– Вы не протестовали, как раньше.

Кирк подавил тошноту.

– Ваше правосудие свершилось. Возможно, это было справедливо. Но ребёнок – другое дело. Он никому не причинил вреда.

– Он живёт. Место вождя должно быть моим.

– Почему? Вы лишь посеяли раскол, создали почву для новых убийств. Что Вы рассчитываете на этом выиграть, Мааб? И кто выиграет вместе с Вами?

– Вы умный человек, капитан, – раздумчиво произнёс Мааб. – Вы смотрите в суть вещей. Что ж, не только вам нужны камни с наших гор. Клингонская империя предложила моему брату щедрую плату за право добычи. Богатство, власть, место в Имперском совете. Но глупец не пожелал нарушить обещания, данного вашей Федерации. Он не стал вести переговоров с клингонами.

– Но Вы стали.

– Я должен был стать вождём, чтобы дать им то, что они хотели. Клингонский корабль отвлёк ваш корабль, чтобы ваши люди не смогли помешать смерти Акаара. Вы могли бы благополучно возвратиться к себе, если бы не нарушили табу, пытаясь спасти Элиин. Она не стоила того, чтобы ради неё умереть.

– Стоила, – сказал Маккой. – Тогда – стоила.

– Потому что носила ребёнка? Но и он умрёт. Всё ваши старания были напрасны.

– Раз так, – сказал Маккой, – дайте мне ребёнка, которого я принял в этот мир. Если уж нам предстоит покинуть его, я хочу, чтобы ребёнок был со мной.